Пятно света в царстве тьмы

Выбирая, на какой спектакль пойти, я предпочитаю современные израильские пьесы, а из них в первую очередь комедии – любимый мной самый сложный и самый загадочный жанр.


Поэтому в первый же свой свободный вечер я отправился смотреть комедию "Министры войны" ("Сарей а-милхама") в Габиме, которую по пьесе израильского драматурга Шая Гольдштейна поставил Моти Киршенбаум.


У сатириков в Израиле нелегкая жизнь. Как прикажете смешить зрителей за счет политиков, министров и премьеров, если необузданная пресса каждый божий день высмеивает их на своих страницах, подвергает убийственной критике, изучает под лупой каждый их шаг, каждое заявление. Не отстают от них радио и телевидение. Насколько лучше положение сатириков в тоталитарных странах! Там достаточно намека на то, что не все министры правительства кристально чистые – и взрыв смеха в зале обеспечен.


Поэтому когда в демократическом государстве хотят посмеяться над правительством, выбирают в качестве жанра фарс, создают карикатурные образы, строят рожи, наделяют персонажи несуразной речью - и нередко удается рассмешить зал.


"Министры войны" в Габиме – классический пример такого фарса. Поймите меня правильно -  я не иронизирую, я приверженец принципа, согласно которому все жанры хороши, кроме скучного. Фарс – явление на театральной сцене редкое, и уже поэтому уважаемое, можно его только приветствовать. А исполнитель главной роли в этом спектакле Эли Яцпан – кудесник этого жанра. Я его поклонник, в свое время не пропускал ни одну его передачу на кабельном телевидении.


Следует похвалить выбор авторов спектакля: Яцпан в роли премьер-министра Йифтаха Рахамима прекрасно вписывается в стиль спектакля – легкий, непритязательный, полный грубоватых шуток. В этом же духе создают своих героев и другие исполнители -  Юваль Сегаль ("министр обороны"), Мики Пелег-Ротштейн ("министр иностранных дел"), Габи Армани ("депутат Кнессета"), Игаль Саде ("глава ШАБАКа"). Всеми ими движут мелочные мотивы, все они вызывают у зрителя насмешку и презрение. Отвлечь их от мелочных делишек может только страх перед будущими проверочными комиссиями. Не изменяют гротескному стилю и второстепенные персонажи.


И только Рина,    "типичная журналистка" (актриса Дорит Габиш), резко выделяется из этой братии. Она на сцене – как луч света в темном царстве ничтожеств и негодяев. Создается впечатление, что в этом созданном воображением драматурга и режиссера мире она – единственно разумный человек, который действительно встревожен начавшейся войной, который критически оценивает происходящее. И это не удивительно – если вспомнить, что у постановщика спектакля Моти Киршенбаума полувековой стаж в журналистике.


Суетящееся, мечущееся по на сцене правительство совершенно оторвано от реальности, растерянно, глубоко погрязло в своих мелких дрязгах и амбициозных играх. Бункер, куда министров приводят с началом войны, становится метафорой того мира, в котором они постоянно живут.


Драматург умело отсылает к знакомым нам неприглядным фактам из жизни израильских политиков, проводит узнаваемые параллели. Например, министр обороны, услышав, что танковые дивизии южного соседа идут к нашим границам, тут же звонит своему агенту с требованием немедленно продать квартиру в Эйлате. Война только началась – а министры уже тщательно формулируют свои фразы – как бы заранее готовясь оправдываться перед грядущей  парламентской комиссией, которой поручат расследовать промахи и упущения правительства…


Сюжетного развития как такового почти и нет, много кривляний и передразниваний, смех вызывает уже сам контраст между общественным положением персонажей и их поведением.


Перед финалом, когда уже кажется, что эта группа ничтожеств, называющая себя "чрезвычайным кабинетом", вот-вот "потеряет" страну, на сцену в полном соответствии с жанром выходит "Бог из машины" в виде батальона американских морпехов и спасает Израиль от нападения врагов. Счастливый конец – как и подобает в хорошей комедии.


Я не отказываю театру в праве развлекать, смешить, забавлять, помогать зрителю расслабиться после трудового дня, забыть о проблемах. Даже если бы это было все, что нам дает спектакль "Министры войны" – было бы уже неплохо. Но он все же вызвал немало вопросов, раздумий, мыслей по поводу…


Например – относительно оптимистического финала. Что хотели этим сказать создатели спектакля? Что нечего беспокоиться, можно спать спокойно, поскольку есть у нас Старший брат за океаном, и в трудную минуту он придет на помощь и спасет сионистов?

И совершенно неважно, что мы тут делаем, как себя ведем, насколько бездарны и глупы? И все эта мышиная возня правительства – пустая трата сил, достойная осмеяния?


Пафос спектакля: существует реальная опасность, а руководство страны не готово, не соответствует стоящей перед ним задаче. Это прозрачно. Но есть небольшая "неувязка" в самой завязке ситуации. С чего это драматург взял: танковые армады соседних стран двинулись на Израиль? Есть какие-то реальные основания для такого предположения? Если я не ошибаюсь, со времен войны Судного дня ни одна соседняя страна не развязывала против нас войну. Все войны и военные операции начинал именно Израиль: Первую Ливанскую, Вторую, операцию "Гроздья гнева", операции "Тупой кинжал", "Защитная стена", "Литой свинец", "Облачный столп"… Я ничего не пропустил? Именно Израиль (если верить зарубежным источникам) атаковал ракетами и самолетами Сирию несколько раз за последние годы. Правда, все это было реакцией на террор с их стороны – но соседние армии в пределы нашей страны не вторгались. И вряд ли осмелятся сделать это в обозримом будущем. Можно ли построить театральный сюжет на заведомо нереальном предположении, можно ли добиться истинного напряжения? Нас призывают наполниться гневом в отношении министров, не готовых к ситуации, которая не менее реальна, чем, скажем, нашествие с Марса или Юпитера. За что спектакль критикует правительство? За то, что оно недостаточно воинственно? Слишком мягкотелое? Мало там бывших генералов?


В ходе постановки на месте режиссера я поменял бы угрозу вражеских армад на нашествие, скажем, саранчи. Не менее грозное. Раз уж фарс – то до конца.


Идея, которая движет обычно сатириком: положение в стране не ахти, нужны перемены. Допустим. Положение никогда не бывает идеальным, всегда можно к чему-то придраться; предела совершенству нет. И хорошо, что есть ворчливые и брюзгливые юмористы. Иначе остановится прогресс. Но в каждый исторический период сатирик обязан точно понять, кто является истинной правящей силой в стране, кто несет ответственность за провалы. И кто же ответственный в нашем спектакле? Разве министры? На сцене они думают не об организации отпора врагу, а о том, чтобы не пострадать от выводов будущей комиссии. Может не министров нужно "хватать за мягкое место", а эти самые "комиссии по расследованию"? Что это за страшный зверь такой, что одно только упоминание его имени вызывает у министров паралич воли? Кто наделил комиссии такой силой и властью? Что с этим делать? Тогда, конечно, придется и название комедии менять, и герои будут другие…


Почему только один персонаж представлен на сцене как положительный – "типичная журналистка" Рина? Да, и она не идеальна – но на фоне других героев предстает просто ангелом. Или, как я уже сказал – лучом света в темном царстве. Но может все же есть какое-то пятно и на блестящем мундире наших СМИ? Может, это все же не безобидный луч света, а лазерный луч, который ослепляет нас и искажает для нас окружающую действительность? Может, это вызывающий рак радиоактивный луч?


И еще. Когда ты критикуешь правительство в тоталитарном государстве, ты тем самым косвенно наводишь критику на самого диктатора – потому что это именно он назначил министров. В свободном государстве критика правительства автоматически становится критикой народа, снова избравшего не тех, отправившего во власть недостойных. При демократии задача сатирика – повлиять на народ таким образом, чтобы в следующий раз он положил в урну правильный бюллетень. А когда создатели спектакля в своем пафосе невнятны – они не попадают в цель, все их усилия пропадают понапрасну. И публика остается со смехом нетто.


Возникли у меня после спектакля еще вопросы – и одно это уже свидетельствует в пользу постановки. Что ж, будем надеяться, что получим на них ответы на следующих сатирических комедиях Габимы - или других наших театров.


******


Эта статья на иврите – здесь:

http://www.news1.co.il/Archive/0024-D-83623-00.html

Recent Posts

See All

"Кто может сравниться с "Матильдой" моей?"

Кое-кто видит параллели между израильским фильмом "Фокстрот" и  российской "Матильдой". Боюсь, что в случае с "Матильдой" все намного серьезнее. В предыдущей статье я не призывал запретить израильский

КАК ЗАЩИТИТЬ НЕТАНИЯГУ

Нужно ли нашим СМИ следить с особым рвением за тем, что делает премьер-министр Биньямин Нетаниягу, за каждым его шагом, считать, сколько и какие подарки он получает? Упрекать за сигары, за угощения в

This site was designed with the
.com
website builder. Create your website today.
Start Now